Роман / Красная нить судьбы. Глава 1

Авторы: Nallinya, Kumito
Бета: нет
Название: Красная нить судьбы
Статус: в процессе написания. 
Размер: макси
Жанр: Агнст, драма
Пейринг: Ария/Алекс, Шивон/Эрик
Саммари: Два города, два человека. Такие разные, кардинально отличающиеся друг от друга, каждый живущий по своим правилам, но все же связанные одной красной нитью судьбы. Перед вами общество, достигшее апогея в своей бесконтрольной неподдающейся морали и нравам жизни. Здесь нет золотой середины, ты либо богат и живешь в элитном городе Витиум, либо у тебя не хватает денег даже на хлеб и ты вынужден провести свою жизнь в Овидиуме. Огромная пропасть, разделяющая героев, которую они будут пытаться преодолеть
Рейтинг: NC-17
Размещение: разрешено с указанием авторов и их предварительным предупреждением
Предупреждения: POV
От автора: Уважаемые читатели, просим вас комментировать фанфик, если он вам понравился. Это послужит неким стимулятором для дальнейшего его написания. 
Дисклеймер: все права принадлежат Nallinya и Kumito



Красная нить судьбы

Часть 1

Снег, он такой холодный и невинно белый. Я всегда считала его олицетворением человеческой доброты, отваги, честности, а люди затаптывают его своими грязными ботинками так же как порочность и грязь уничтожает все хорошее. В прочем, сегодня выдался на удивление холодный день и все жители Витиума попрятались в своих домах. Сегодня зима была королевой этих улиц, никто не указывал ей, как покрывать землю своим белоснежным покрывалом. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, морозный воздух приятно обжигает мои легкие. Становится так хорошо, что даже захватывает дух, я позволяю своему телу расслабиться и падаю, погружаясь в мягкую снежную перину. Чувствую себя частью этого бесконечно прекрасного мира и мне так хочется, чтобы этот момент никогда не заканчивался, и он будет жить вечно, но только в моих воспоминаниях. К дому подъехал черный лимузин, из которого вышел высокий мужчина в черном пальто. Это был мой отец. Как всегда холодный и сдержанный. Не посмотрев в мою сторону, он зашел в дом, оставив дверь открытой. Это был знак, что мне тоже пора расставаться с этим счастливым мгновением, чтобы погрузится в обыденную жизнь этого страшного мира.
Сегодня было Рождество. Неужели кто-то любит этот праздник? В этот день семья, члены которой друг друга ненавидят, обязана провести день вместе, создавая подобие счастливой жизни. Мама делала вид, что готовит праздничный ужин, хотя сама ждала заказ из самого дорогого ресторана в этом городе. Она вообще любила тратить деньги, потому что у папы их было много. Он же в свою очередь не обращал внимания ни на кого вокруг, как всегда читая свою газету. Я подбежала к Алексу, моему старшему брату, который распаковывал традиционные подарки, которые как правило представляли из себя стандартный набор: ему – машинку, мне –куклу.
- Нам нужно сделать семейное фото, - послышался голос мамы. Она всегда относилась к этому моменту с какой-то трепетностью, хотя я так и не смогла понять почему,- Ария, сейчас же иди сюда, я тебя причешу, – она взяла расческу и провела ею по моим волосам с такой резкостью, что мне даже захотелось расплакаться, но я знала, что за слезы я тоже получу сполна. Поэтому, насупившись и прикусив нижнюю губу, я смотрела на свое отражение в зеркале, на свое и на мамино. Она была высокой голубоглазой блондинкой, ее волосы были длинными, почти до пояса и вьющимися. Мне бы тоже хотелось быть такой красивой, когда я вырасту, но пока мне всего четыре. Поэтому я имею пухлые щечки, вечно удивленный взгляд папиных зеленых глаз и его темно-каштановые волосы, от мамы мне досталось лишь то, что они легкой волной ниспадают на мои детские плечи. Я определенно не мамина дочка. Когда она закончила с моими волосами мы все как по щелчку встали возле камина, где приятно потрескивали дрова, сделали самые радостные лица, на которые были способны, запечатлев этот момент в истории.
Вечер закончился яростными криками, разбитой посудой. Мне казалось, что взорвалась какая-то бомба, которая накапливала силы все это долго время. Испугавшись, я спряталась за кресло и закрыла руками уши. Больше всего мне хотелось, чтобы Алекс был рядом, но ему первому досталось от отца, и он ушел в свою комнату. Как бы я не старалась спрятаться и не видеть, того что происходило, я все таки видела, и это навсегда оставило отпечаток в моей памяти. Мама громко кричала на отца, активно жестикулируя и показывая в него пальцем, его рука сжалась в кулак и в одно мгновение он резко ударил ее по лицу так, что она упала к его ногам. Я не столько видела удар, сколько слышала его пронзительный звон, который эхом отдавался в моей голове. Чтобы не закричать, я закрыла рот руками и старалась сохранять спокойствие, хотя слезы нескончаемым потоком просто лились по щекам. Этот жестокий человек был не намерен останавливаться. Он привык властвовать и доминировать, поэтому схватив маму за волосы, он одним движением поднял ее с пола и перегнул через стол, за которым мы еще час назад ели праздничный ужин. Сделав это он встал позади нее, и мне стало еще страшнее. Я не могла смотреть на это, просто не могла допустить, чтобы он так обращался с моей мамой! Я выбежала из-за кресла, вся заплаканная, но полная решимости, подбежала к отцу и стала бить его по спине, что было сил с криками, чтобы он оставил маму в покое. Помню, что меня схватили за шиворот, как бездомного котенка и швырнули куда-то на диван, после чего я потеряла сознание.
После этого я приходила в себя несколько раз, и снова впадала в глубокий сон. Все, что я запомнила, это большая машина, в которой мы ехали, удаляющийся Витиум и дорога в новый город, который назывался Овидиумом, некогда бывшим одним из благороднейших город, а ныне пристанищем для людей, которых называли общественными помоями. Единственное, что напоминало о прошлом этого города – старая деревянная табличка на въезде с тремя главными заповедями: Не лги, не воруй, не убей, который не раз были нарушены. Если раньше это как-то преследовалось законом, то теперь это стало нормой. Зачем охранять мусор? Так я и моя мама были выброшены из золотой клетки, словно ненужные вещи на произвол судьбы, не имея в кармане денег даже на еду. Наш отъезд отец подтвердил всеми пунктами закона, один из которых и самый главный гласил, что тот, кто не имеет на банковском счете более одного миллиона витов (это валюта Витиума) не имеет права находиться на территории этого города. У нас таких денег, разумеется, не было.
Так в одночасье разрушилась семья, жизнь и счастье, мое маленькое детское счастье. Я не раз возвращалась к тому моменту, когда я лежала на белоснежном снегу, и он грел мне душу, заставляя бороться за свою жизнь. Так я боролась пятнадцать лет. За эти годы я научилась быть сильной, и не показывать своих слабостей, я научилась ненавидеть, не показывая ненависти, я научилась ломать себя под обстоятельства, потому что практически никогда не бывает так, как ты хочешь. И сейчас я сама нарушаю те незыблемые три заповеди ради того, чтобы выжить. Шарлотта, так зовут мою маму, окончательно разрушила наши отношения матери и дочери, откупаясь тем, что оплатила мое образование в более менее приличном университете. Но какой ценой ей дались эти деньги? Она стала пить, принимать легкие наркотики и торговать своим телом. В нашем доме каждый день был какой-нибудь мужчина, каждый день я закрывала глаза на то, что происходит, но от правды не уйдешь, не спрячешься. Я старалась вразумить ее, но взамен выслушивала о себе не самые приятные подробности, вплоть до того, что родная мать говорила мне, что я кончу дешевой шлюхой в подворотне возле грязного бара. Со временем я перестала пытаться что-то изменить. Я стала выживать за себя, оставив Шарлотту в покое. Я не бросила ее, я давала ей деньги, еду, но впредь больше не вмешивалась в ее дела.
Что касается отца и Алекса, мы не виделись довольно долгое время. Я потеряла своего брата, которым когда-то дорожила больше всего. Я отдала его этому монстру, и тот уничтожил его сердце. Алекс стал достойным своего отца. Он редко снисходил до своих паршивых родственников, когда учился в школе, когда же он повзрослел, вовсе забыл о нашем существовании. Единственным напоминанием о том, что мы когда-то были семьей, являлись обязательные «семейные» посиделки несколько раз в год. Отец был видным политиком, мэром Овидиума и Витиума и ему, как государственному деятелю, было необходимо поддерживать образ надежного семьянина и человека, ведь люди не доверили бы ему власть, зная, какой он на самом деле гнилой. Он придумал легенду о том, что мы с Шарлоттой живем за границей, я учусь в лучшем университете и что мы прилетаем в Витиум лишь на каникулы. Хороший, однако, вышел курорт: город где, если не торговать наркотиками, своим телом или не воровать – выжить невозможно. Собственно, почему я вдруг поддалась всем этим воспоминаниям, которые обычно стараюсь держать на замке? Конечно, ответ очевиден. Сегодня нам предстояло посетить Витиум на очередной семейный ужин, нам предстояло быть идеальнее, чем мы были на самом деле, потому что сейчас было время новых выборов, и на кону стоял пост Мэра. Отца могли либо продлить, либо снять с должности, а если его снимут с должности, он просто сотрет нас с лица земли.

* * *

Открыв глаза, что первым делом вы увидите? Кто-то ответит - остатки сна, а я предпочту - потолок. Хотя этот чертовски реалистичный сон останется в моей голове на долго, да и не забудешь так просто своё паршивое детство. Именно оно мне и видится по ночам. Раз за разом в голове вспыхивают картинки прошлого, после которых остаются отголоски ненужных чувств: одиночество, боль, безысходность. Моя детская наивность просто поражала, как можно надеется на то, чего никогда не будет. Верить, что игра в семью станет реальностью, притворные улыбки искренними, а объятия нежными. Мечты, словно туман, вводят в заблуждение, а после и вовсе исчезают на глазах. Отец этому способствовал как никто другой. После каждого нанесенного им удара ненависть поглощала мое сердце, после каждого вскрика мамы кусочек надежды на светлое будущее отламывался. А сестра? Моя драгоценная младшая сестренка Ария. Как же я ее любил, наверное так же сильно, как и ненавидел. Синяки на ее хрупком детском тельце причиняли боль и мне, в то время как взгляд ее изумрудных глаз душил меня. Как же она похожа на отца. Эти противоречивые чувства съедали меня изнутри. Именно поэтому возможно я и был рад той рождественской ночи 15 лет назад. Дети слишком быстро взрослеют, и не медленнее ломаются. Его удар был последней каплей. Тот, кого я называл отцом, вышвырнул меня, пусть и не из дома, но этот жест дал понять многое. Ему плевать на меня, на семью. И я трусливо принял поражение. Убежал, не думая уже ни о ком, кроме себя. Жалкое зрелище.
Теперь все изменилось. Теперь я другой. Тщательно продуманный образ как никогда подходит мне, отцу и даже городу. Витиум - место для перспективных политиков, для напыщенных звезд и просто миллиардеров. Сотни небоскребов, заведений высшего класса, красные дорожки и золотые ценности архитектуры. И самое главное - телепортационное устройство. Эти богачи развлекаются по-крупному, главное иметь достаточную сумму и положение, а остальное дело техники, требуется лишь выбрать местоположение своего прибытия. Здесь всё для людей из элиты, если их можно назвать таковыми. Забавно даже, ведь я один из них. Хотя кого это волнует, лично меня всё устраивает. Ненужные чувства глубоко в сердце под замком, высокомерный взгляд и наглая усмешка всегда при мне. В этом маленьком мирке, сузившимся до Витиума, по другому не выжить, не проложить путь к успеху. Идти по головам - все что требуется от тебя. И я непременно этим воспользуюсь. 20 лет - период когда ты полно понимаешь свои возможности, ясно видишь свое будущее, ставишь определенные цели и упрямо идешь к ним. Плевать, что стало с другими, пока ты ставил очередную галочку в списке своих дел, не волнует, кого затронет в дальнейшем. Жертвами становятся не только окружающие, но и ты сам. "Я должен стать идеальным",- повторяешь себе раз за разом. "Но не должен стать как отец", - добавляешь себе в сердцах. А ведь эти желания так близки, ты словно стоишь на границе двух миров, где один из них для тебя ад.
Я не знаю, что значит нуждаться в деньгах, в еде, в образовании. Я все имею, пусть и не заработанное своим трудом. Грех отказываться, когда дают, да еще и ничего не прося в замен. Стабильная жизнь - залог спокойствия. А счастье дело наживное, только надо дать свое понятие этому слову. Кто-то вкладывает в него смысл мировой, вроде желая бессмертия всему человечеству, а для кого-то это занятие любимым делом. Я отношусь ко второму типу людей. Часы проведенные над чертежом нового здания - нет лучшего времяпрепровождения, а когда эта твоя будущая профессия, то заинтересованность только растет. Баскетбол - вторая моя стихия. Адреналин, во время игры, соперничество и скорость только будоражат кровь, заставляя быстрее ее течь по венам. Незабываемое чувство победы, блестящий кубок в руках - награда достойная ноющих мышц. Именно таким и является моя действительность, точнее ее положительная сторона. Хотя возможно и это самообман.
Стефан, так зовут моего отца, создан для этого гнилого мира. Он тот, кого безусловно относят к элите нашего города, даже скажу большее: Рейн - глава Семьи, определенного круга людей, стоящих над всеми и вся. Им чужд закон, ровно как и мораль, главное имидж и прибыль. Деньги правят миром - думаю их главный и единственно верный принцип жизни. Нет никакой тайны в том, кто же принадлежит Семье. Каждый "раб" должен знать своего хозяина в лицо. И это удается благодаря их отличительному знаку - изображение лотоса. Неважно будь то перстень или татуировка, главное выдержать герб. Неудивительно, что отец в этом замешан, его характер определенно подходит для теневой политики. С годами ты лишь убеждаешься в правильности своих суждений. Его стихия - обман. Вся жизнь пропитана ложью, которая только накапливается. Меня давно это не волнует, ведь я как и он, благополучно забыл о существовании другой части семьи. Это касается и некогда любимой матери, и младшей сестры. Вот только вечно так не могло длиться, идиллии не существует. Он вновь нуждается в семье, правда не подумайте, что ему вспомнились былые грешки, всё намного проще. Стефан Рейн хочет остаться мэром городов. И есть же в Витиуме закон, чуть не лишивший его этого права: Каждый мужчина по достижении 40 лет уже должен иметь семью; Отсутствие семьи лишает его права участвовать в политике, экономике. И вновь в моей жизни мать, все та же красавица, но теперь так уродлива внутри. И я вновь вижу ненавистные зеленые глаза.


 

0 комментариев

Перед тем, как написать сообщение, вы должны войти на сайт или зарегистрироваться

  • Нет комментариев

Что нужно в первую очередь развивать Анимеблогу?

Сейчас на сайте:

Посетителей: 48
Зарегистрированных: 0, невидимых: 0
Гостей: 48

Список пользователей